Сегодня Геннадий Викторович с некоторой долей иронии относится к своему "кулинарному" прошлому. Он — художественный руководитель Театра эстрады — увлечен своей карьерой театрального артиста.

Недавно киевляне увидели Хазанова в новой постановке Леонида Трушкина — комедии "Все как у людей".

— Геннадий Викторович, Вы вышли на театральную сцену со сложившимся образом исполнителя эстрадных миниатюр. Наверное, это было непросто?

— Вообще-то я изначально хотел быть театральным артистом. Даже поступил в Московское эстрадно-цирковое училище. Но в 1968 году был исключен как человек, проявляющий идеологическую неблагонадежностьѕ Ну и так далее. Я очень верю в судьбу и считаю, что все как должно быть, так и будетѕ

— А правда, что Вы часто общаетесь с ясновидящими?

— Правда.

— Советовались ли Вы с ними по поводу новой работы у Леонида Трушкина?

— Да. Я в это очень верю, поэтому мне это не мешает — уж точно

— Ваши первые театральные работы — в спектаклях Романа Виктюка. Почему Вы расстались?

— В 1980 году я увидел спектакль Виктюка "Уроки музыки". Он произвел на меня сильное впечатление, мне захотелось с ним работать. Мы сидели на кухне моей маленькой двухкомнатной квартиры в центре Москвы (так подробно я говорю потому, что смотрю по телевизору Вульфа), и говорили о том, что нужно начать репетировать сольный спектакль. Я ему сказал: "Роман Григорьевич, вы должны запомнить, что это не я играю ваш спектакль. Это вы приходите ставить мой". Он засмеялся, но, по-моему, даже не понял в этот момент, что я имел в виду. И мы с Романом Григорьевичем довольно долгую дорогу прошли вместе — со ссорами, со скандаламиѕ Главное — Виктюк сломал принцип моего эстрадного существования. Может быть, это самое важное, что сделал для меня Роман Григорьевич. Он был удивительно талантлив тогда на репетициях, и работать с ним было большим счастьем, но это был наркоз. И поэтому наши судьбы разошлись. Думаю, мы обоюдно не жалеем об этом. Я испытываю к нему очень теплые чувства и считаю, что он один из самых ярких людей на нашем театральном небосклоне. Но... это не моя группа крови.

— Недавно в Москве прокатилась волна публикаций на тему "Хазанов покидает эстраду". С чем это связано?

— В 1992 году я приехал в Киев и сыграл здесь пять сольных концертов во Дворце спорта. А за три года до этого у меня здесь была почти рекордная история: за 10 дней в июне 1989 года я сыграл 20 сольных концертов на сцене Дворца спорта — т.е., 200 тыс. человек побывали на этих концертах. Был единственный выходной, когда Олега Блохина провожали из большого футбола. Поэтому мне казалось, что пять сольных концертов — конец карьеры. Киев был последним городом, подарившим мне, как концертному исполнителю, такое количество зрителейѕ Дальше все уже проходило в режиме "затухания". И я понимал, что дорога закончена. С этим трудно было согласиться. Но я стал это чувствовать в начале 90-х годов.

И могу только поблагодарить Того, кто всем располагает (при том, что человек лишь предполагает), что в 1998 году появился режиссер Леонид Трушкин с пьесой "Ужин с дураком". Вот так я попал в руки "соблазнителя" Трушкина.

— Расскажите о Вашей работе в спектакле "Все как у людей".

— Спектакль мы начали репетировать в феврале нынешнего года. Прежде всего, мне приятно работать с режиссером Трушкиным. Не буду лукавить. За период с 1998 года, когда был сделан спектакль "Ужин с дураком", до конца 2002 года у нас в работе была пауза (не в отношениях и контактах). Может быть, эти четыре года молчания необходимы были для того, чтобы понять, что нам вдвоем стопроцентно лучше, чем по отдельности, и без этой работы я вообще не мыслю своего сценического существованияѕ Это первая причина.

Вторая причина — это комедия. Могу вам рассказать короткую притчу про одного цадика (мудреца), которого звали Зуся. Однажды его спросили: "Почему ты вот этого не делаешь, и вот это не делаешь?" Он сказал: "Когда я предстану перед Богом, Бог не спросит меня, почему ты не стал тем и не стал этим. Он обязательно спросит: "Почему ты перестал быть цадиком Зусей?".

Я не собирался предавать жанр. Когда кто-то говорит, что я совершил акт измены по отношению к тому, чем занимался все эти годы, — это неправда. Я именно этим всегда и занимался. Прошу прощения за сравнение, но это все равно как у Антона Павловича Чехова спросили бы, зачем он стал писать пьесы после того, как стал известен под псевдонимом "Антоша Чехонте".

У меня все совпало. И потом, я хочу жить в счастье. Я хочу жить в любви, как каждый человек. И если у меня есть возможность испытывать и то, и другое, находясь в режиме профессии — что может быть прекраснее?

— Ваша дочь — балерина. Недавно появилась информация, что она собирается стать балетмейстером.

— С января 1999 года моя дочь больше не танцует. Со своим будущим мужем она тогда поехала кататься на лыжах. Но чтобы балетная артистка встала на горные лыжи, не умея кататься? Для этого надо очень любить своего будущего мужа! Она очень неудачно упала — и все: ее балетная карьера была закончена. Поскольку сейчас моя дочь живет во Франции, наши встречи с нею, к сожалению, стали эпизодическими. У нее своя семья, дочь...

Детские шалости

"Еврей, живя в России, не должен забывать, что он еврей. Чем сильнее будешь стараться забыть — тем больнее тебе об этом напомнят", — сказал однажды Хазанов, который при поступлении в комсомол в графе "национальность" написал: осетин. Его класс славился своими проделками. Однажды они почти в полном составе попали в милицию — украли из бутафорского цеха оружие. Сам Хазанов увлекся прикладной химией: решил изобрести состав, который позволил бы выводить из дневника плохие отметки. Но в результате научных опытов посреди страницы получалась большая дыраѕ И тогда он сделал другое открытие: если положить на страницу школьного журнала с "двойками" масляный блин, чернила расплываются. Увидев последствия этого изобретения, учительница очень рассердилась и долго допрашивала класс. Никто не признался, но почему-то подозрение пало на Хазановаѕ

Виктория КОРЕНЬКОВА
для "Дипломатического мира"

ОДНОЙ СТРОКОЙ

Родился 1 декабря 1945 года в Москве. Вырос без отца, мать Ирина Михайловна — инженер. Учился в инженерно-строительном институте, ходил в группу пластических занятий театральной студии МГУ, закончил училище эстрадно-циркового искусства. Первый успех: монолог "Студент кулинарного техникума" по ЦТ (1975). Работы в кино: "Маленький гигант большого секса" (1992), "Полицейские и воры" (1998), "Тихие Омуты" (2000). С 1997 года руководит Театром эстрады, с 2000-го преподает в РАТИ. Народный артист России (1991), лауреат премии "Золотой Остап" (1995); кавалер Ордена "За заслуги перед Отечеством IV степени" (2000). Жена Злата Иосифовна — продюсер, дочь Алиса — балерина, с мужем и дочерью Миной живет во Франции.